Прямого запрета на паспортные схемы в ЕС нет: эксперты о вердикте по делу Мальты

Решение Суда ЕС по мальтийской паспортной программе — не запрет, а предупреждение. Эксперты считают, что вердикт не исключает возможность запуска схем инвестиционного гражданства в других странах региона, одновременно вынуждая правительства принимающих стран отходить от формата «паспорт за платёж» и усиливать реальные связи между соискателями и их новой родиной.

Контекст

29 апреля 2025 года Суд Евросоюза признал мальтийскую схему предоставления гражданства за инвестиции, действовавшую с 2020 года, нарушающей право ЕС. По мнению судей, натурализация за фиксированные дотации либо инвестиции (или их совокупность) противоречит сути гражданства ЕС, превращая его в коммерческий продукт, а не в отражение связи между заявителем и государством.

Еврокомиссия, выступавшая истцом, настаивала, что мальтийская схема позволяет выдавать паспорта:

• без «подлинной связи» с государством (Genuine Link);
• а также в обход принципов солидарности в отношениях между странами-членами ЕС и взаимных обязанностей между гражданином и Союзом.

Несмотря на наличие требований к резидентству (сохранение статуса резидента 12+36 месяцев и 2+ поездки), а также необходимость покупать или арендовать жилье в принимающей стране, судьи настояли на отсутствии Genuine Link. Согласно вердикту, Мальте надлежит соответствующим образом пересмотреть внутреннее законодательство и компенсировать юридические издержки.

Ответ мальтийцев

После оглашения вердикта правительство Мальты опубликовало официальное заявление, подтвердив уважение к решению Суда и намерение «привести регулирующие нормы в соответствие принципам, изложенным в решении». Одновременно власти подчеркнули значимость паспортной программы для экономики страны и не сообщили о её немедленном прекращении.

Мальтийское правительство выразило разочарование, отметив, что Суд проигнорировал рекомендации генерального адвоката. Последний осенью 2024 года рекомендовал прекратить разбирательство ввиду отсутствия оснований для иска против Мальты.

Правительство заверило держателей мальтийских «золотых паспортов», что все ранее принятые решения «остаются в силе», независимо от изменения правового режима. Это заявление воспринято как попытка сохранить доверие со стороны инвесторов, избежав паники и массового оттока капитала.

В качестве аргумента в защиту программы Мальта привела её вклад в экономику. С момента запуска в 2014 году схема принесла стране €1,4 млрд. Деньги пошли на финансирование широкого спектра инициатив: от здравоохранения до спорта и инфраструктурных проектов.

Например, €10 млн пошло на модернизацию медучреждений. Более €13 млн инвестировано в автодром. €339 млн поступило в мальтийскую экономику от сделок с недвижимостью, €158 млн — от аренды. Ещё €236 млн были инвестированы в облигации. Более €10 млн поступило в благотворительные организации в виде пожертвований от заявителей.

Также подчёркивается, что Мальта — не единственная страна ЕС, ранее внедрявшая подобные схемы. Потому действия Еврокомиссии и Суда против одного государства могут рассматриваться как избирательные. Власти призвали к национальному единству и отказу от внутриполитических нападок, заявив, что оппозиция, поддержавшая Еврокомиссию в ходе разбирательства, пытается нанести ущерб в тот момент, когда правительство защищает национальные интересы.

Хотя в официальном пресс-релизе не было прямого указания на закрытие или масштабную переработку схемы, правительство дало понять, что любые изменения будут ориентированы на соблюдение судебного решения, но без ущерба для обладателей уже выданных «золотых паспортов». Таким образом, Мальта заняла выжидательно-оборонительную позицию, пытаясь сбалансировать соблюдение права ЕС с сохранением доверия инвесторов и внутренней политической стабильности.

Мнения экспертов

Решение Суда ЕС спровоцировало дискуссию среди экспертов в сфере инвестиционной иммиграции. Несмотря на беспрецедентную жёсткость формулировок вердикта, многие эксперты едины в одном: прямого юридического запрета на запуск и эксплуатацию схем инвестиционного гражданства в Евросоюзе не последовало. Вместо этого Суд сформулировал политическое предостережение и задал направление будущей трансформации подобных программ в ЕС. Рассмотрим тезисы отдельных экспертов:

• Резкое расхождение с мнением генерального адвоката. Ряд юристов назвал вердикт «очень необычным», отметив, что он идёт вразрез с мнением генерального адвоката. Последнее также было основано на положениях права ЕС, но Суд предпочёл его проигнорировать. Это дало повод говорить о политизированности процесса.
• Невозможность апелляции. Эксперты отметили невозможность подачи апелляции, поскольку решение Суда ЕС окончательное.
• Урок для других стран. Другим государствам, планирующим запуск программ инвестиционного гражданства, рекомендовано внимательно изучить вердикт — особенно в части «реальной связи» между заявителем и новой родиной. Также рекомендовано отказаться от «транзакционных» моделей, где паспорт выдаётся просто за платёж.
• Юридическая неопределённость. Одновременно некоторые иммиграционные агенты подчеркнули отсутствие в праве ЕС ясных критериев относительно того, что именно понимается под «реальной связью». Нет ни директив, ни регламентов, ни иных официальных документов, которые определяли бы допустимую структуру паспортных программ с учетом Genuine Link. Это создаёт правовую неопределённость, заставляя чиновников гадать, какой именно формат будет признан легитимным.
• Адаптация. Ряд юристов выразил уверенность, что индустрия найдёт способ адаптироваться. Они предположили, что паспортные программы трансформируются с акцентом на предоставление инвесторам резидентства с перспективой натурализации. В частности, властям принимающих стран придется предусматривать физическое присутствие и более глубокую интеграцию заявителей, чтобы не вызвать повторных претензий со стороны Еврокомиссии и Суда ЕС.
• Критика как атака на суверенитет и либеральные ценности. Некоторые иммиграционные агенты расценили вердикт как «серьёзное отступление от принципа верховенства права» и резко осудили его, назвав политически мотивированным, идущим вразрез с принципами правового государства и демократическими нормами. По их мнению, решение подрывает суверенное право государств определять национальные правила предоставления гражданства, прямо закреплённое в договорах ЕС. Критики подчеркнули, что ни в международном праве, ни в регулирующих нормах ЕС нет прямого запрета на натурализацию за экономические взносы.

Что в итоге? Несмотря на резкую реакцию и возможные репутационные потери, ведущие участники рынка рассматривают ситуацию не как конец концепции инвестиционного гражданства. По их мнению, это стимул для перезапуска в новой форме, более соответствующем политико-правовому контексту.