Гонконг — одна из немногих юрисдикций мира, где сочетаются традиции английского общего права и конституционные механизмы, действующие в рамках правовой системы КНР. На первый взгляд местное право может показаться почти полной копией английского: основу обеих систем составляют схожие доктрины, принципы и правовые конструкции. Однако после передачи территории Китаю в 1997 году эти системы пошли разными путями.
Сходства систем
Правовая система Гонконга сформировалась на основе английского общего права (common law). В колониальный период (1842–1997 годы) британские власти внедряли здесь английские правовые принципы, судебные прецеденты и законодательные подходы. Поэтому между двумя системами до сих пор остается немало общего:
- приоритет прецедентного права (stare decisis);
- разделение юридической профессии на консультирующих юристов (солиситоров) и судебных адвокатов (барристеров);
- состязательная модель судопроизводства;
- применение права справедливости (equity);
- схожие подходы к регулированию договорных, деликтных (связанных с причинением вреда) и корпоративных отношений.
Эти особенности обеспечивают предсказуемость судебной практики и остаются одной из причин, по которым Гонконг сохраняет статус крупного международного арбитражного и финансового центра.
Конституционная основа: Основной закон вместо парламентского суверенитета
Одно из ключевых различий между английским и гонконгским правом связано с конституционной основой этих систем.
В Великобритании действует принцип парламентского суверенитета. Парламент вправе принимать, изменять и отменять любые законы, а суды не могут признать акт парламента недействительным. После принятия Human Rights Act 1998 (Закона о правах человека 1998 года) суды получили право выносить декларации о несовместимости законодательства с Европейской конвенцией по правам человека, однако такие решения не отменяют действие закона.
В Гонконге действует иной механизм. Правовая система региона функционирует в рамках Основного закона Гонконга (Basic Law), который Всекитайское собрание народных представителей (ВСНП) приняло в 1990 году на основании Конституции КНР. Документ вступил в силу 1 июля 1997 года одновременно с передачей территории Китаю.
Основной закон:
- закрепляет принцип «одна страна — две системы» до 2047 года;
- сохраняет действие общего права (common law);
- устанавливает основные права и свободы жителей региона;
- определяет соотношение между законодательством КНР и правом Гонконга.
Основной закон обладает высшей юридической силой на территории Гонконга. Законы и другие нормативные акты региона не могут ему противоречить, а суды вправе проверять их на соответствие его положениям.
При этом полномочия по толкованию Основного закона распределены между гонконгскими судами и Постоянным комитетом Всекитайского собрания народных представителей. Суды регулярно применяют и толкуют его положения при рассмотрении дел, однако окончательное право толкования принадлежит Постоянному комитету ВСНП.
Судебная система и прецеденты
Судебная система Гонконга по своей структуре остается близкой к английской модели. В нее входят Магистратские суды, Окружной суд, Высокий суд (Суд первой инстанции и Апелляционный суд), а также Суд последней инстанции (Court of Final Appeal, CFA).
Роль зарубежных судей
Одной из особенностей гонконгской судебной системы долгое время было участие непостоянных судей из других юрисдикций общего права. В состав Суда последней инстанции входили и продолжают входить бывшие судьи высших судов Великобритании, Австралии и других стран. Однако после принятия Закона о национальной безопасности в 2020 году несколько британских судей прекратили участие в работе суда, что вызвало широкую дискуссию о будущем этой практики.
Прецеденты
Как и в Англии, судебный прецедент остается важным источником права. Для гонконгских судов обязательны решения вышестоящих инстанций, прежде всего Суда последней инстанции. При рассмотрении дел суды также обращаются к практике других юрисдикций общего права. Особым авторитетом по-прежнему пользуются решения английских судов, однако обязательной силы они не имеют. Наряду с ними используются прецеденты Австралии, Канады, Сингапура и других стран, где действует система общего права.
Законодательный язык и билингвизм
Английское и гонконгское право по-разному подходят к вопросу языка законодательства и судопроизводства.
В Англии английский язык используют как для принятия законов, так и для рассмотрения судебных дел. В Уэльсе наряду с английским официальный статус получил валлийский язык, который также может использоваться в судопроизводстве.
В Гонконге официальный статус закреплен сразу за китайским и английским: законы публикуют на обоих языках, а судебные разбирательства могут проходить как на китайском, так и на английском.
Такой подход заметно отличает гонконгскую систему от английской. При толковании законодательства судам нередко приходится сопоставлять юридические термины и правовые конструкции в китайском и английском текстах. Если между версиями Основного закона возникают расхождения, приоритет отдается китайскому тексту.
Законодательство о национальной безопасности
После принятия Закона о национальной безопасности (NSL) в 2020 году и Ордонанса об обеспечении национальной безопасности (SNSO) в 2024 году в правовой системе Гонконга появились механизмы, которые нехарактерны для английской правовой традиции. Среди них:
- Ограничение судебного контроля в отдельных вопросах национальной безопасности. В 2022 году Постоянный комитет ВСНП разъяснил, что решения Главного исполнительного директора и Комитета по защите национальной безопасности по ряду вопросов не подлежат судебному пересмотру.
- Ограничения на участие иностранных адвокатов в делах, связанных с национальной безопасностью. Для их допуска требуется специальное решение властей.
- Расширенный срок досудебного задержания. В делах о национальной безопасности полиция может удерживать подозреваемого без предъявления обвинений до 16 дней вместо обычных 48 часов.
- Особый порядок досрочного освобождения. Осужденные по делам о национальной безопасности не могут рассчитывать на стандартное сокращение срока за хорошее поведение. Досрочное освобождение допускается только после дополнительной оценки рисков для национальной безопасности.
- Экстерриториальное действие законодательства. В отдельных случаях Закон о национальной безопасности распространяется на действия, совершенные за пределами Гонконга, в том числе лицами без статуса постоянного резидента региона.
Эти нормы заметно отличают современное гонконгское право от английского. В Великобритании даже антитеррористическое законодательство не исключает судебного контроля: суды вправе оценивать его на соответствие Human Rights Act 1998 (Закону о правах человека 1998 года).
Права человека
Гонконгский Билль о правах (Hong Kong Bill of Rights Ordinance, 1991) во многом воспроизводит положения Международного пакта о гражданских и политических правах и по содержанию близок к Закону о правах человека 1998 года.
Однако механизмы защиты этих прав в двух системах различаются.
| Аспект | Английское право | Гонконгское право |
| Правовая основа | Human Rights Act 1998 | Основной закон Гонконга и Билль о правах |
| Последствия противоречия правам человека | Суд может вынести декларацию о несовместимости закона | Суд может признать недействительными положения местного законодательства, противоречащие Основному закону или Биллю о правах |
| Толкование правозащитных норм | Верховный суд Великобритании | Суды Гонконга, при этом окончательное право толкования Основного закона принадлежит Постоянному комитету ВСНП |
| Национальная безопасность | Судебный контроль сохраняется | Судебный контроль ограничен в отдельных вопросах национальной безопасности |
Земельное и обычное право
В некоторых вопросах, связанных с землей на Новых территориях (New Territories), гонконгские суды могут учитывать китайские правовые обычаи. Такое правило закрепляет Ордонанс о Новых территориях (New Territories Ordinance).
Эта особенность связана с историей региона и сохраняется до сих пор. Если обычай не противоречит действующему законодательству, суд может принять его во внимание при рассмотрении конкретного спора.
Для английского права такой подход нехарактерен. В Англии и Уэльсе земельные отношения регулируются едиными правовыми нормами без специального признания местных обычаев как основания для разрешения спора.
Международные коммерческие договоры
Одно из практических различий между английским и гонконгским правом связано с Конвенцией ООН о договорах международной купли-продажи товаров (United Nations Convention on Contracts for the International Sale of Goods, CISG).
С 1 декабря 2022 года Конвенция действует на территории Гонконга на основании Ордонанса о купле-продаже товаров (Конвенция ООН).
Если стороны заключают международный договор купли-продажи товаров и выбирают гонконгское право, правила Конвенции могут применяться автоматически. Чтобы использовать другие правила, стороны должны прямо указать это в договоре.
Великобритания не участвует в Конвенции. Если стороны выберут английское право, правила CISG сами по себе действовать не будут.
По этой причине один и тот же международный договор купли-продажи товаров может подпадать под разные правила в зависимости от того, выбрали стороны английское или гонконгское право.
Подведем итоги: общие корни, разные правовые системы
Гонконгская правовая система сформировалась на основе английского общего права и до сих пор сохраняет многие его черты. Обе юрисдикции опираются на судебный прецедент, принцип верховенства права и независимость судей.
Вместе с тем современное гонконгское право уже нельзя рассматривать как разновидность английского. После передачи территории Китаю оно развивается в рамках Основного закона Гонконга и конституционного порядка КНР. Дополнительные различия сформировались в сфере национальной безопасности, применения международных договоров, языкового регулирования и отдельных правовых институтов.
Поэтому при выборе применимого права для бизнеса, подготовке международных договоров или анализе судебной практики важно учитывать особенности каждой системы отдельно. Несмотря на общее происхождение, сегодня это два самостоятельных правопорядка со своими механизмами регулирования и подходами к решению правовых вопросов.
