Закон о корпоративной прозрачности (Corporate Transparency Act) — ключевой элемент новой национальной стратегии по противодействию коррупции и финансовым (налоговым) нарушениям. Авторы документа ссылались на разрушительное влияние этих факторов на все стороны жизни, ослабление демократических свобод и подрыв экономических устоев США.
Стратегия была анонсирована в декабре 2021 года, а финальный текст, опубликованный Министерством финансов США, юридически постулировал несколько новшеств, которые должны были способствовать укреплению национальной безопасности. Положения проекта закона во многом пересекались с другими документами, регламентирующими борьбу с отмыванием преступных доходов и агрессивной налоговой оптимизацией.
Ключевые даты, связанные с Законом о корпоративной прозрачности:
- 23 октября 2019 г. — предварительный вариант документа внесен на рассмотрение в Конгресс;
- 1 января 2021 г. — Конгресс утвердил CTA;
- 18 сентября 2021 г. — специальная правительственная структура (Сеть по борьбе с финансовыми преступлениями — FinCEN, Financial Crimes Enforcement Network) выпустила официальное руководство по CTA;
- 30 сентября 2023 г. — конкретизированы требования по подаче обязательных отчетов в FinCEN (BOI, Beneficial Ownership Information);
- определены даты начала подачи BOI (1 января 2024 г.) и крайний срок, когда компании должны это сделать (1 января 2025 г.).
Полученные данные передаются:
- Агентству национальной безопасности (NSA, National Security Agency);
- Национальной разведке;
- правоохранительным органам всех уровней;
- должностным лицам различных госструктур;
- государственным финансовым учреждениям.
Схожие методы противодействия коррупции и финансовым (налоговым) нарушениям приняты по многих развитых странах. Но американский бизнес — особый случай. В США превыше всего ценят свободу, гарантированную конституцией, поэтому отношение к любым ограничивающим начинаниям крайне негативное.
Камнем преткновения стало одно из требований Закона о корпоративной прозрачности, касающееся обязательной передачи в FinCEN данных по бенефициарной собственности (BOIR, Beneficial Ownership Information Reports). Многие представители малого и среднего бизнеса открыто заявили о неконституционности BOIR.
Общественное недовольство активно проявилось практически сразу после начала 2024 года, но никаких конкретных шагов со стороны бизнеса не было. Казалось, что status quo сохранится до 1 января 2025 года, когда введут санкции против компаний, которые не подали отчеты по CTA. Но 3 декабря 2024 года окружной суд Техаса принял обязательное к исполнению решение о приостановке CTA. Вердикт, пока он не будет оспорен в высшей инстанции, действует на всей территории США.
Что случилось в Техасе?
Непосредственным поводом для юридической заморозки части положений CTA стало дело Texas Top Cop Shop против Garland et al. Казалось, что иск, поданный в мае 2024 года, на долгие месяцы и годы станет заложником судебной системы США (обычно так и бывает с корпоративными делами).
Но судья Маззант (Amos Louis Mazzant III) вел дело без задержек, поэтому на вынесение вердикта понадобилось всего 6 месяцев. Решение о приостановке действия CTA оказалось неожиданным и во многом сенсационным. Возможно, судья Маззант не был беспристрастным, либо же он посчитал своим профессиональным и гражданским долгом указать на недоработки Закона о корпоративной прозрачности. Но решение, принятое 3 декабря 2024 года, создало опасный для США прецедент, когда окружной суд выносит вердикт, обязательный к исполнению на всей территории Америки.
Аналитики отметили: судья Маззант использовал при оглашении решения достаточно жесткие формулировки, что для США в общем случае нехарактерно. Одно из ярких выражений — «фланговый, квазиоруэлловский закон» (flanking, quasi-Orwellian statute), это отсылка к самой известной антиутопии XX века — «1984» Джорджа Оруэлла. Ключевая тема произведения — тоталитаризм, массовая слежка за каждым членом общества и промывание мозгов.
Юридическое обоснование решения кроется в разграничении властных полномочий в США. Судья Маззант отметил, что все вопросы, связанные с формированием законодательной базы, регулирующей деятельность корпораций, относятся к компетенции отдельных штатов, но не федерального центра, как в случае с CTA.
Следовательно, одобряющее решение, принятое 1 января 2021 года, изначально неконституционное. Превысил ли Конгресс США свои полномочия, вопрос открытый. Но то, что обязательная отчетность в FinCEN потребует значительных дополнительных расходов от бизнеса на BOI, ясно уже сейчас. Специалисты FinCEN приводят такие цифры: 22,7 млрд USD в первый год и не менее 5,6 млрд USD во все последующие.
Что будет дальше?
Развитие событий предсказать сложно. Вердикт, вынесенный судьей Маззантом, обязателен к исполнению. Но оно временное — как минимум до момента положительного решения по апелляции (ее, как ожидается, скоро подаст FinCEN). Проблема в том, что рассмотрение дела в суде высшей инстанции, учитывая уровень общественного интереса, может потребовать много времени. И пока решение не принято, заморозка CTA будет действовать.
Учитывая тот факт, что предельный срок подачи данных по бенефициарам через несколько недель истекает, вполне возможна ситуация, когда фактор времени станет решающим, но юридически неопределенным. Это означает, что отмена вердикта окружного судьи Техаса, если она последует после 1 января 2025 года, создаст для всех заинтересованных сторон трудности, рабочего решения которых сейчас не просматривается. Вероятнее всего, FinCEN отдельным подзаконным актом сдвинет крайний срок подачи сведений по бенефициарам. Но даже если это и случится, бизнес попадет в цейтнот, так как подготовить за короткое время столь важные документы практически невозможно.
Поэтому весь американский бизнес, в первую очередь — малый и средний, вследствие решения судьи Маззанта оказался в подвешенном состоянии. Эксперты, хорошо знакомые с корпоративным законодательством США и тонкостями его применения, рекомендуют компаниям игнорировать вердикт, вынесенный 3 декабря, и продолжить подготовку данных для передачи в FinCEN. Если этого не сделать, а решение отменят в последние дни 2024 года (либо, что еще хуже, уже после 1 января 2025 года), ситуация может выйти из-под контроля. В таких условиях предсказать последствия и выработать точные рекомендации будет крайне сложно.
